Советуем для ознакомления:

Психиатрия:

Популярные разделы сайта:

Мануальное предвидение, целительство в бреде. Сенестопатический автоматизм у больного

Подобно новопосвященной, Г. осознает в себе дар мануального целительства, предвидения, чтения мыслей (этап IX МРК). «Голоса из космоса» продолжают ее охранять, опекать и помогать, «улучшать здоровье и жизненные обстоятельства», больная «находится под их светлыми лучами». Интересно то, что Г. отзывается об умолкнувших «голосах» как о «нежелающих играть». Это выражение разоблачает скрытое присутствие во всем происходящем ритуально-игрового компонента — «инсценировки» (этап III МРК).

Патодинамическая трансформация знака бреда воздействия с «пассивного» на «активный» еще раз подтверждает то, что часть переживаний больной во время «приступа» семиотически соответствовала синдрому психического автоматизма (со всеми его разновидностями), феноменам одержимости и аутометаморфозы. Это указывает на истинно эндогенную — «несимулятивную» (истерия - «великая симулянтка») природу заболевания. Учитывая ретроспективность сообщения и отсутствие объективного наблюдения в тот момент, неизбежны некоторые синдромальные разночтения в оценке самого «приступа»: был ли он онейроидным расстройством сознания или эпизодом аффективно-бредовой дереализации и деперсонализации с антагонистическим бредом, психическими автоматизмами и двойственной ориентировкой?
Но так или иначе мы имеем дело с фабулой экскурса в потусторонний мир и посвящения в нем, присущей онейроиду и его семиотическим эквивалентам.

Узнаваемы в рассказе типично сказочные мотивы выпадения времени или частичного забвения пережитого 9-дневного периода в «стране смерти», запрета говорить об этом (больная во время расспроса услышала: «Не говори дальше»).

целительство в бреде

В периоды стабилизации сенестопатический автоматизм у больной Г. утрачивает актуальный бредовый компонент, трансформируясь в картину массивного сенестопатоза («сердце чешется, ощущение кола в груди то вертикального, то горизонтального» и т. д.) и хронических алгий. Об их связи с имевшимися автоматизмами напоминают только идиомы, которые больная употребляла и при описании демонического воздействия: «сдавливает затылок, швыряет, внутри головы натягивается, трещит», да еще, пожалуй, отдельные транзиторные идеи физического воздействия (порчи), относящиеся к актуальному времени.

Так, в процессе беседы больная, как о чем-то само собой разумеющемся и понятном для присутствующих, констатирует: «До того как позвонил доктор, я чувствовала себя хорошо, а после того как он позвонил, на следующий день у меня открылись дикие кровотечения. Высказывание настолько же паралогично, насколько оно многозначительно звучит в устах больной, но очевидно, что между этими двумя объективно независимыми друг от друга событиями (звонком доктора и последующим кровотечением) ею устанавливается ложная причинно-следственная связь, что свидетельствует о высокой степени готовности Г. продуцировать подобные идеи воздействия всегда и везде, даже в самых тривиальных ситуациях.

Хотя на момент осмотра у больной и произошло некоторое синдромологическое «облегчение», выражающееся в смещении на менее глубокий в регистровом отношении уровень и доминировании в клинической картине ипохондрических жалоб, все же говорить о наступлении полноценных (без бреда и галлюцинаций) ремиссий не приходится. Возможно, данный фактор «зашторивания» психотических симптомов сенестопатиями, сенесталгиями и просто алгиями, в чем-то приближающимися к соматоформным расстройствам, определенный, если судить по анамнезу, органический «шлейф», а также упомянутые живость и синтонность пациентки (названная ведущим регрессивной) и породили у некоторых участников клинического разбора сомнения в эндогенно-процессуальной природе заболевания Г. Однако перейдем к собственному заключению.

Корректность в самоотчете пациентки не только психопатологических, но и четко синхронизирующихся с динамикой бреда мифоритуальных закономерностей, включающих полноту и стадиальную последовательность комплекса «смерть — новое рождение», не позволяют усомниться в подлинности ее психотического опыта и правомерности диагноза «шизофрения». В противном случае, если допустить почти невероятное — достаточную теоретическую осведомленность подэкспертной Г. (как очень заинтересованной по рентным мотивам в признании ее недееспособной) в области психиатрии, пришлось бы допустить еще более невероятное, т. е. то, что она обладает познаниями в области историогенетического анализа — качеством, которое трудно заподозрить даже у осматривающих ее докторов.

- Читать далее "Убийство под действием бреда. Убийство больным шизофренией"

Оглавление темы "Судебная экспертиза шизофрении":
1. Оценка бреда психически больной. Дифференциация шизофрении и истерии
2. Бредовое восприятие окружающих. Ритуальное пересотворение
3. Мануальное предвидение, целительство в бреде. Сенестопатический автоматизм у больного
4. Убийство под действием бреда. Убийство больным шизофренией
5. Бред ревности в адрес умершей жены. Тотемный брак в судебной психиатрии
6. Тотемность жены. Психотерапевтические ресурсы историогенетического анализа
7. Принципы герменевтики. Идеология прошлого и мышление при шизофрении
8. Семантическое поле больного шизофренией. Пример судебной экспертизы при шизофрении
9. Архаические инициации в бреде. Сенсорные автоматизмы при шизофрении
10. Вербальные псевдогаллюцинации. Одержимость имплантируется в бредовую конструкцию